Франц Кафка. Америка -
36 >
преподаватель. Самый первый, кому однажды утром представили Карла, был
стройный, невероятно гибкий юноша, - дядя ввел его в комнату, рассыпаясь в
любезностях. Он был, по-видимому, из тех многих, с точки зрения
родителей-миллионеров, неудавшихся сынков, жизнь которых протекала таким
образом, что человек обыкновенный не мог без душевной боли проследить хотя
бы один, выбранный наугад день такого юнца. А тот, словно зная об этом или
догадываясь и как бы стараясь по мере сил этому противостоять, так и лучится
счастьем, губы и глаза его сияют неистребимой улыбкой, обращенной к самому
себе, собеседнику и всему миру.
С этим юношей, господином Маком, по настоятельной рекомендации дяди,
Карл договорился вместе ездить верхом в половине шестого утра - в манеже
школы верховой езды либо в парке. Правда, Карл сначала колебался, давать ли
согласие: все-таки он никогда еще не садился на коня и хотел сперва немного
подучиться, но дядя и Мак так горячо убеждали его, что верховая езда -
сплошное удовольствие и здоровый вид спорта, а вовсе не искусство, что в
конце концов он дал согласие. Правда, теперь он был вынужден вставать в
половине пятого и частенько весьма об этом сожалел, так как, по-видимому,
из-за постоянного напряжения внимания, которое требовалось от него изо дня в
день, его прямо-таки одолевала сонливость, но от этой напасти он мигом
избавлялся в ванной комнате. Над ванной во всю ее длину и ширину
располагалась сетка душа - разве на родине у его школьных товарищей, даже
самых богатых, было что-либо подобное в единоличном их распоряжении?! - в
этой-то ванне, где можно было свободно раскинуть руки, Карл и устраивался
спозаранку, а сверху на него лились потоки теплой, горячей, снова теплой и,