Франц Кафка. Америка -
25 >
намерения.
Остальные, однако, сообразили теперь, что надо делать, и вокруг Карла и
сенатора началось столпотворение. Так и вышло, что Карл получил поздравление
даже от Шубала и принял его с благодарностью. Последними среди вновь
воцарившегося спокойствия подошли портовые чиновники и произнесли два слова
по-английски, что произвело забавное впечатление.
Сенатор был решительно настроен вкусить радость полной мерой и потому
стремился запечатлеть в своей памяти и в памяти всех присутствующих даже
малосущественные обстоятельства, к чему все отнеслись не только терпеливо,
но и с интересом. Он сообщил, что на всякий случай занес особые приметы
Карла, упомянутые в письме кухарки, в свою записную книжку. И вот во время
несносных разглагольствований кочегара, он, чтобы отвлечься, вытащил
записную книжку и забавы ради попытался сопоставить внешность Карла со
служанкиным описанием, конечно же далеким от детективной точности.
- Вот так находят племянников! - произнес он в заключение таким тоном,
будто надеялся еще раз услышать поздравления.
- Что же теперь будет с кочегаром? - спросил Карл, пропустив мимо ушей
последнюю тираду дяди. Он полагал, что в новом своем положении может
высказывать все, что думает.
- Кочегар получит то, что заслуживает, - сказал сенатор, - и что
господин капитан считает нужным. Я полагаю, мы сыты кочегаром по горло; в
этом, без всякого сомнения, со мной согласится любой из присутствующих
- Не в этом дело, речь ведь идет о справедливости, - возразил Карл. Он
стоял между дядей и капитаном и, по-видимому, в силу этого вообразил, что
решение находится в его руках.
Тем не менее кочегар, похоже, ни на что уже не надеялся. Он запихнул
пальцы за брючный ремень, из-под которого от порывистых движений выбилась