Франц Кафка. Америка -
11 >
которым вы, его подчиненный, обязаны ладить! А теперь вы являетесь еще и
сюда бесстыдно надоедать господину капитану, мало того, у вас хватило
наглости привести с собой подголоска - этого юнца, который заученно твердит
ваши пошлые обвинения, а его я вообще вижу на судне в первый раз!
Карла так и подмывало выскочить вперед, однако он сдержался. Но тут
вмешался капитан:
- Давайте все же выслушаем этого человека. Мне тоже кажется, что Шубал
с некоторых пор берет на себя слишком много, но этим я ничего не хочу
сказать в ваше оправдание.
Последнее относилось к кочегару; вполне естественно, что капитан не мог
сразу за него вступиться, но, похоже, все шло как надо. Кочегар приступил к
объяснениям и, превозмогая себя, с самого начала титуловал Шубала
"господином". А Карл всей душой радовался, стоя у покинутого старшим
кассиром письменного стола и от удовольствия покачивая почтовые весы.
- Господин Шубал несправедлив! Господин Шубал покровительствует
иностранцам! Господин Шубал выгнал меня из машинного отделения и заставил
чистить гальюны, что конечно же не является обязанностью кочегара!
Под сомнение была поставлена даже деловитость господина Шубала: она,
мол, скорее мнимая, чем наличествующая фактически. На этом месте Карл
пристально посмотрел на капитана, доверительно, словно был его коллегой:
дескать, не обессудьте, такая уж у кочегара неловкая манера выражаться. Как
бы там ни было, ничего конкретного в этой долгой речи не прозвучало, и, хотя
капитан все еще смотрел прямо перед собой, твердо решив на сей раз выслушать
кочегара до конца, остальные уже выказывали признаки нетерпения, и вскоре
голос кочегара перестал быть центром общего внимания, что вызывало известные
опасения. Сначала человек в штатском пустил в ход бамбуковую тросточку,