Александр Кабаков. Последний герой -
49 >
такую глупость, ты будешь смеяться, поэтому написала письмо и оставлю его.
Пожалуйста, Мишенька, дорогой мой мальчик, будь осторожней! Я за тебя
боюсь. Я тебя не разлюбила и не разлюблю, зря ты меня тогда бросил. Целую
тебя, будь осторожней, не знаю, что он имел в виду, целую, твоя Гала".
Я открыл коньяк. Такой гадости я не пил давно.
В моей жизни бывали странности и прежде, но никогда до этой записки
не долетал ко мне такой внятный голос оттуда, из зимнего Сретенска, такой
разборчивый привет опекуна. Летом он носит белое, но почтальоншу все же
надоумил в черном явиться... Какая, с другой стороны, дешевка, если
задуматься, попса, как теперь говорят... Но что же, однако, он имеет в
виду, что страшного сулят мне близкие знакомства в это лето?
Вероятно, что-нибудь с женщиной. Хотя каких уж только бед и хлопот не
пережил я из-за горестной своей слабости, склонности, бессмысленной и
непрерывной тяги, и чем особенным можно меня еще потрясти... Я был трижды
женат с участием государства, фиксировавшего в паспорте не только где, но
и с кем должен жить человек. Фактически же я был женат никак не менее
восьми раз, браки эти длились по году, а то и больше, налезая друг на
друга, однажды я расходился с двумя женами одновременно, уже сойдясь с
третьей, причем, повторю, я не безумный бабник, а вполне средний в
отношениях с женщинами экземпляр, и было их у меня если и больше, чем у
какого-нибудь идеального отца семейства, то ненамного. Да и, согласитесь,
профессия такая, что без хотя бы некоторого чувственного излишества не
обходится. Просто отличаюсь я тем, что чаще, чем нормальный мужчина,
ощущаю себя женатым. "Ты через пять минут уже женат", - сказала мне
однажды какая-то из жен, подразумевая, что любая моя измена более опасна