Александр Кабаков. Последний герой -
36 >
- ...Что ж, - с изумлением продолжил я свои расспросы, - вы всерьез
убеждены в том, что можете противиться воле Божьей и Святейшего?
Он оглянулся на своих соплеменников, среди которых и сам еще недавно
набивал кровавые мозоли веслом, и повторил своим громким, визгливым
голосом:
- У нас своя жизнь, и свой путь в этой жизни, и то, что вы называете
Божьей волей и цивилизацией, нам не подходит и никогда не приживется на
этой земле. Вы считаете нас дикарями, а мы дикарями считаем вас,
отправляющихся за золотом в чужие страны, на муки и гибель, проводящих всю
жизнь в тяжком труде, в добывании богатства, в украшении своего
существования ценою самого существования. Вам кажется, что жизнь - это
есть жизнь, что действительность видима, и что поступки - это есть
человек. А мы верим, что действительность - это то, чего нет, что истина
скрыта, и что человек проявляет свою сущность не в том, кем он есть, а в
том, кем он хотел бы и мог бы стать. Вы поверх одежды носите металл, чтобы
отделить себя от мира, выделить в нем. А мы нашу одежду носим наизнанку,
чтобы слиться с подкладкой жизни.
- Но тогда вас необходимо силой привести в человеческую жизнь, -
вскричал я, не переставая одновременно удивляться их способности к нашему
языку, позволяющей произносить даже такие речи. - Вас надо сначала
заставить, чтобы вы потом...
- Повесить всех, кого не перестреляете, и таким образом цивилизовать?
- усмехнулся он.
Но тут показался плывущий нам навстречу левиафан, из тех, что мы уже
довольно повстречали на этой проклятой реке: гигантский белый корабль,
движущийся необъяснимой силой. С его палубы доносилась варварская музыка.
Он приближался с невероятной скоростью, и наши суда стало подтягивать к