Философская книга.

2 >

силу солнцем  корабельный  дизель  дэка  имени  товарища  Помпиду  (старая
Володькина шутка, вроде названия Парижск). Независимо от того, щедрой  или
нет казалась публика, к вечеру у каждого из площадных артистов  набиралось
примерно одинаково - сотни две-три. Ну, за исключением звезд...  Избранная
им как объект страстного, но бессловного объяснения в любви, немецкая  или
голландская туристка, как правило, тоже очень немолодая, в седой  стрижке,
охотно подыгрывала, ее товарищи по групповому туру охотно смеялись и клали
деньги.
     Она отвозила в издательство очередную порцию корректуры, брала новую.
Иногда удавалось  сразу  выудить  из  старой  Оболенской  сотню-другую  за
прошлый месяц.
     Ночью он думал о том, что было о том, что едва не отняло у него такой
финал. Она уже спала, счастливая, а он  все  вспоминал,  вспоминал...  Но,
наконец, засыпал и он, уже перед самым провалом, беспамятством радуясь:  а
все же всплыл, поднялся. Это она, уже во  сне  думал  он,  пока  любишь  -
плывешь... И он плыл, как не  плавал  никогда  в  прежней  жизни,  и  спал
крепко, как прежде не спал.




 * ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПАСПОРТ НА ПРЕДЪЯВИТЕЛЯ * 


1

     В то лето я почувствовал, что наконец, начинаю пропадать.
     Мысль о неизбежности падения,  точнее,  ощущение  этой  неизбежности,
или, еще точнее, навязчивая идея социального падения возникла очень давно,
и отнюдь не только под сюжетным влиянием многих романов, пьес,  очерков  и
рассказов, но - и, возможно, прежде всего -  как  нечто,  уравновешивающее
реальную  основу  моей  жизни:  с  детства  проявившуюся   наклонность   к
упорядоченности,  устроенности,  некоторой  степени   усредненности.   Так
довольно часто агрессивная мужественность связана с тайной  склонностью  к

Следующая

2 >