Философская книга.

16 >

согревания, уложил жену под одеяло,  разжег  прогоревшую  уже  и  начавшую
остывать печь-голландку, а когда вернулся к  постели,  размышляя,  как  же
приводить Инночку в чувство - успев убедиться, что она просто в обмороке и
никак не повреждена, и даже  дышит  довольно  ровно  -  когда  вернулся  к
кровати, он увидел, что жена уже пришла в чувство.
     Ей  стало  жарко,   она   откинула   одеяло,   посмотрела   на   него
темно-голубыми  глазами,  в  свете  десятилинейной  лампы  казавшимися  не
фиалковыми даже,  а  лиловыми,  она  села  на  постели  в  одной  сорочке,
собственноручно сшитой из старого куска белого батиста  и  собственноручно
же украшенной тонкой розовой лентой и пробивками,  она  протянула  к  мужу
руки  -  как  в  каком-то,  еще  немом,  фильме,  она  видела  в  детстве,
протягивала к мужу руки героиня - и что-то сказала, не важно, что именно.
     Было это в конце января сорок третьего года. В октябре Инна Шорникова
родила сына и назвала его Мишей - в честь  своего  покойного  брата.  Иона
Шорников,  к  октябрю  уже  старший  лейтенант  и  начпотех  строительного
батальона, в это время рыл со своими пленными и охранявшими их  сержантами
раскисшую глину где-то на  Украине.  Письма  от  него  приходили  довольно
регулярно, по аттестату Инна  получала  неплохо,  а  всякие  распашонки  и
прочее умудрилась добыть из американских посылок  -  заранее  покупала  на
толкучке.



2

     Почему, начав свой рассказ о том, как прошлым летом я стал пропадать,
я тут же отвлекся и так подробно изложил  историю  своего  рождения,  или,
если быть точным, зачатия? А Бог его знает, почему...  Во  всяком  случае,
история эта мне кажется очень существенной, и не только  из-за  того,  что
мистическая ее фабула мне льстит,  демонстрируя  заинтересованность  неких

Следующая

16 >