Александр Кабаков. Сочинитель -
67 >
строевой стойкой, но он стоял ровно всегда. - Группа направляется на
третью площадку для занятий. Докладывает капитан Олейник.
- На вас знаки различия рядового. - Барышев чуть откашлялся. -
Вам звание не возвращено, Олейник...
- Так точно. Виноват. - Он приложил ладонь к ушанке. - Разрешите
идти?
Сергей сбил сапогом вторую глиняшку, она полетела вдоль дороги,
распалась на мелкие комки. Юра стоял, глядя в землю.
- Садитесь, я тоже еду на "тройку". - Барышев чуть двинул головой
назад-вбок, показывая на кузов. - Сегодня у вас занятия со мной, я не
хочу вас ждать...
- Сука, - сказал Сергей. В кузове было пыльно, ледяной брезент
все хлопал, их бросало на каждой выбоине. - Какая ж сука! В Кандагаре
он бы покрасовался...
- Брось, охота тебе... - Юра и здесь старался не двигаться и даже
не держался, руки из карманов не вынул, сел сразу на пол у кабины,
чтобы швыряло меньше, и при толчках только голову втягивал. - Не
реагируй. Все ж ведь ясно, чего дергаться? Будешь дергаться - не
выживешь...
- Учитель... Мне раввин не нужен, понял?! - Сергей было заорал, но
Юра поднял глаза, глянул, и Сергей осекся, полез за сигаретой, долго
прикуривал от дергающейся спички. - Ну, прости, сорвалось... Ты ж
знаешь, я не по этому делу... Юр!..
- Не собачьтесь, мужики. - Олейник тоже сидел на полу у кабины,
ноги подтянув к груди, упираясь каблуками в пол, сигарету держал в едва
шевелящихся губах, не вынимая, а ладони спрятал, обхватив себя под
мышки. - Барышев впервые будет сам занятия вести, поняли? Соберитесь,
это если еще и не зачет, то что-то серьезное. Я его знаю, я вам
рассказывал - у нас более профессионального киллера не было, ясно? Надо
собраться...
Машину швыряло, железный кузов гремел, носилась под брезентом