Александр Кабаков. Сочинитель -
61 >
сызнова - неосознанный поиск, бесконечно подворачивающиеся случаи,
романтические ситуации... В сумерках валит снег, невнятно бормочет
мотор, наезжает, стелется дорога, в машине тепло, ехать еще долго. И ты
говоришь: "Представляете... если бы в конце пути нас ждал дом в снегу,
камин, немножко выпить, посидеть у огня... и уж не расставаться... и
знать, что еще будет утро, и дорога назад, и снова куда-нибудь ехать,
лететь, и так вечно..." И теплая, час назад еще совершенно чужая, и
потому сейчас необыкновенно близкая, необходимая, почти родная рука
трогательно ложится на твое колено, и ее тепло чувствуется сквозь
ткань, и спутники делают вид, что ничего не видят. Через месяц - да,
всего через месяц, трудно представить, как все меняется за один только
месяц, - жизнь уже несется вскачь, в сердце возникает томящая боль,
даже приходится пить валокордин, глаза то и дело постыдным образом
оказываются на мокром месте, и счастье, снова вполне незамутненное,
новорожденное счастье наполняет день с самого утра, и в какой-то
трезвый миг говоришь себе - да успокойся же, очнись, это просто
ощущение начала, это новизна, это острота, если уж быть до конца
честным, и ничего больше, очнись же, старый придурок, или мало учен,
мало мучил и сам мучился?
Поздно. Счастье уже при тебе. Как говорили в детстве, меняясь
марками, монетами, перышками, ножами, патронами: тронутое считается
купленным. И за счастье, пока едва тронутое лишь краешком сердца,
предстоит платить, и ты хорошо знаешь, чем.
Жизнь раздваивается, и уже очень скоро шизофреническая ревность
становится как бы телом счастья, а душа счастья, то есть горячая
поглощающая сладость, блаженное окончание мук - это все оказывается,