Александр Кабаков. Сочинитель -
60 >
сияя в темноте друг на друга глазами, - ее светились уж совсем
сверхъестественно - они поправляли одежду и бежали назад к метро. Парк
шумно дышал вокруг ночным неровным дыханием.
...И садился самолет на военном аэродроме, и вытаскивали из него
длинные ящики из хорошо пригнанных досок с аккуратно просверленными
дырками, и трейлер "Совтрансавто" тормозил у бетонной ограды военного
городка на окраине столицы, и из багажного вагона поезда, прибывшего на
Белорусский, вытаскивали огромные картонные коробки, ставили их на
тележки, а носильщики под строгим наблюдением ребят в аккуратных летних
рубашках везли эти коробки к военным "газикам", на площадь...
Что же это такое ты придумал, любимый? Неужто не страшно тебе?
Ради Христа - сохрани нас, не убивай! И пусть эти твои злыдни, звери
вообще перестанут убивать и мучить женщин и мужчин, любящих, пусть уже
будет всем хорошо, если невозможно, чтобы хорошо было нам! Придумай
счастье, милый мой мальчик, придумай счастье для всех - и, может, нам
достанется тоже, хотя бы немного...
Я постараюсь.
По сути дела, все было предсказуемо.
Банальнейшая из истин - что имеет начало, имеет и конец - есть
самое неприятное правило, по которому до нас жили, мы мучаемся, и после
нас, покуда не изведутся люди, будут они страдать, терзаться и друг
друга терзать. Осознавшие свою временность и сразу ставшие навеки
несчастными существа...
Проходят годы - а иногда бывает достаточно и месяцев, - и
казавшееся единственным, наконец и навсегда достигнутым, бесконечно
прекрасным и необходимым становится столь же скучным, докучливым,
доставляющим счастья не больше, чем утренняя овсянка. И все начинается