Философская книга.

42 >

встретил Сережку после школы прямо во дворе.  Сережка рванул  навстречу,
прямо  на  Володьку  -  и  тот  отскочил  в  сторону, втиснулся в забор,
побелел.  А Сережка вымахнул на улицу, и "молоточникам" уже было его  не
догнать...
     Он  упал  лицом  вниз,  седой  успел  придержать  его  одной рукой,
другую, с пистолетом, не опускал.
     - Иди  сюда, солнышко,  - сказал  он Юльке.  - Сейчас  и тебя спать
уложим.  Иди, иди, не притворяйся, ты по-русски понимаешь, иди.
     Юлька  подошла  медленно,  тихо   постанывая.  Лицо  ее  уже   было
совершенно изуродовано разросшимся фингалом, перекошено.  Она подошла  к
комсомольцу почти вплотную.  Белобрысый и блондин уже укладывали  Сергея
в машину.  Юлька глянула  комсомольцу в  глаза, растянула  косо вспухшие
губы  в  улыбке  -  и,  круто  повернувшись,  низко склонилась, отставив
задницу.
     - Do it, - сказала она разбитым  ртом невнятно, - do it.  You,  son
of fucken  bitch.   If you  can't do  something, do  it with your bloody
hands, you, piece of cat's shit...
     Седой усмехнулся и ловко ткнул шприцем.

Мюнхен. Май
     - Отпусти  пацана, -  сказал Юра,  стволом почти  продавливая висок
того, лица  которого он  так и  не увидел.   Оборот, высоко,  до лопатки
вывернутая  рука,  перехваченный  в  воздухе,  выпавший  из  этой   руки
коротко-ствольный  револьвер  -  и  вот  уже они поменялись местами, Юра
стоял за спиной высокого малого в длинном и широком модном плаще,  почти
весь укрывшись за  этой обширной спиной,  упирая ствол револьвера  в его
висок.  - Отпусти, я стреляю...
     Он не выжил бы  в том проклятом городе,  если б не секция.  Однажды
трое  решили  поучить  жиденка  прямо  в  центре, на пустой аллее сквера
перед  университетом.   Одному  из  них  Юра  сломал ключицу, был суд, и

Следующая

42 >