Александр Кабаков. Сочинитель -
101 >
боялись всю жизнь и теперь не можете поверить в счастье - опасный
сосед-безумец, кажется, приходит в сознание... Плевать вам на нашу
свободу, вы просто боитесь за свое пиво. Правильно, спокойно
согласился парень, я боюсь за свое пиво. И, кроме того, я был в
Чехословакии тогда, в августе, я знаю, как выглядят ваши танки на фоне
готики. Сколько ж тебе лет, удивился он? Думаю, что мы ровесники,
сказал парень и ошибся только на два года - оказался старше. Да, сказал
он, если вы так выглядите, вам есть за что бояться...
Виски был уже третий, и парень пил пиво, как похмеляющийся
шоферюга, - втягивал мгновенно и тут же щелкал по пустой емкости, чтобы
разливала ее наполнил.
Сейчас здесь большая мода на вас, сказал парень, на вашу политику,
на вашу литературу, ваше кино. Но ты не должен обманываться: если вы
действительно станете такими, как все, мода пройдет, и вам будет туго,
нет опыта конкуренции, и потом, вы все равно останетесь не совсем
взрослыми. Я работал в Москве два года, вы все, не только
интеллектуалы, живете словно во сне. Я знаю, что такое русские
фантазии...
Мы не интеллектуалы, сказал он, мы интеллигенция.
Да, я знаю разницу, сказал парень, я думаю, в ней все дело... Это
ваше несчастье.
Это наша жизнь, сказал он.
На своем крохотном "остине", похожем на масштабно уменьшенную
модельку автомобиля, парень подвез их до гостиницы, приобнял его,
похлопав по плечу, поцеловался с Ольгой - и исчез навсегда, навсегда
застряв в памяти. Визитная карточка лежала в бумажнике, но он знал,
что никакого повода для встречи больше не будет.
- Устала ужасно, - сказала Ольга, - а в номер не хочется. Ты не
против пройтись?
Они вышли на rue Saint Andres des Art. По мостовой шла толпа,