Александр Кабаков. Подход Кристаповича -
60 >
кепки течет темная кровь, заливая реглан, и из-под ножниц выбивается уже
сильно пульсирующая струя, и на глазах перестает пульсировать и
брызгать... Колька придавил рыжего к земле, палкой своей смаху перешиб
горло - все. Палку сломал, бросил внутрь "паккарда", деловито осмотрел
мертвецов, тому, которого первой пулей вывел из дела Михаил, ловко и
спокойно сунул финкой за ухо - вроде был жив. Финку обтер об его же
пальто...
Все.
- Быстро, быстро, - Мишка говорил, уже садясь за руль. - Колька,
поведешь "опель" сзади, держись плотно, езжай внимательно, за Файкой
смотри - у нее сейчас истерика будет, поехали...
В машине было невпроворот от трех тел, косо перекрывших все
пространство сзади. Мишка сел, стараясь ни к чему не прикоснуться ничем,
кроме кожаного пальто - с него отмоется... Восемьдесят метров по шоссе
вперед, от города, поворот направо... Кристапович глянул на часы - с той
секунды, когда Колька поднял свое раскрашенное полено перед машиной,
прошло четыре с половиной минуты, от силы пять. Даже если от поста были
слышны легкие хлопки выстрелов бульдога, они только сейчас подъезжают к
месту происшествия, но и на нем ничем не найдут - при зеленоватом свете
неба осмотрели с Колькой асфальт быстро, но внимательно, пятен крови не
было, следы шин на ходу затерли подошвами... Узкая дорожка между
деревьями, с давних времен памятная Мишке, привела, как и следовало, в
тупик, перекрытый стальной трубой. Ее объехать справа, есть метра три
между старой березой и юным, еще гибким дубочком, дальше - лишь бы не
скребанул "опель", идущий сзади след в след Колька, еще пригодится
машина... О том, что делается сзади, где что-то тяжело перекатывалось и
падало, Мишка старался не думать - за семь лет уже отвык от такого.