Александр Кабаков. Подход Кристаповича -
57 >
побледневшего и напрочь замолчавшего Кольку, подпрыгивал он головой до
мягкого обтянутого потолка, когда, проносясь между стоячими ночными
троллейбусами, въезжал Мишка на тротуар и несся, срываясь с его скользкой
кромки левыми колесами, и лишь изредка шипел Колька матерно, да все
сильнее белели пальцы на зажатой в мясистых лапах палке...
- Вот она, - вдруг сказал Кристапович, голос его звучал диковато. -
Ну, понял, куда едут? Я тебе говорил? Здесь поигрались, теперь на даче
поиграются, потом шубу каракулевую - и снова в машину, а на шоссе
остановятся, в височек слегка, да и в Сетунь, шубку в багажник, на
возврат, инвентарь, а по утряночке докладываться, к разводу... Да мы
быстрее ездим, Коля. Спокойно, лейтенант, спокойненько, подыши перед
ракетой поглубже...
Мишка опять шептал, как бредил. Колька уже вовсе по-мертвому молчал,
челюсти свело. Вдруг запел: "Я тос-скую по соседству..." - одолевала эта
песенка многих в тот сезон. Мишка дернулся, ничего не сказал - перед
большой стрельбой с людьми и не то бывает... Где-то за Рабочим Поселком
Колька спросил:
- Миш... шинель моя на ментовскую-то похожа, а? Вдруг разглядят?
- Не разглядят, - Мишка теперь ехал ровно, семьдесят, не больше, та
машина то показывалась, то скрывалась за повойтом метрах в трехстах
впереди, но слышно ее было все время - плоховато в гараже особого
назначения регулировали моторы, у Мишки получалось лучше. - А разглядят -
стрельнут пару раз, вот все твои неприятности и кончатся. Чего тут
бояться? Так что разговорчики паникерские отставить, а готовься, лейтенант
Самохвалов, минут через восемь-десять идти на бруствер, понял?
- Есть, - сказал Колька, и каким-то десятым фоном всех одновременно