Александр Кабаков. Подход Кристаповича -

21 >

     - Нет, что вы... Это приключения американцев на необитаемом  острове.
Это о торжестве человека над природой, - вспомнил Мишка из журнала "Вокруг
света".
     - Ага, - снова безразлично сказы Криворотов. - Американцев, значит...
Ну, зайду на неделе, дашь  про  торжество.  Он  развернул  Мишку  лицом  к
деревне, легонько подтолкнул и довольно громко  пробормотал,  когда  Мишка
уже встал на лыжню:
     - Торжество... Приехали в гости, бахнул из маузера друга... Самого на
правеж,  а  тут  случай.  Хоть  и  не  на  мне  числится,  а  все  одно  -
неприятности... Торжество...
     Тогда Мишка снова обернулся, милиционер смотрел  на  него  в  упор  с
интересом, даже рот открыл, как парнишка.
     - Что скажешь, Михаил? - вопрос прозвучал резко,  будто  не  было  до
этого никаких неопределенно-безразличных вздохов и пустых "ага".
     - Думаю, что вы неверно представляете себе происшедшее на даче, - так
же резко ответил Мишка. - Думаю, что вы ошибаетесь, так же, как и те,  кто
занимаются этим делом.
     Криворотов смотрел на Мишку все  с  тем  же  выражением  откровенного
интереса. Вдруг сказал:
     - Ты на дачу не лазил.
     Именно сказал. Не спросил у Мишки - мол, не  лазил  ли  ты  на  дачу,
Михаил Батькович, а просто  уверенно  сказал.  Мишка  промолчал,  даже  не
сообразил кивнуть в ответ. Криворотов усмехнулся:
     - "Те, кто занимаются этим делом, ошибаются"... Ошибаются...
     И строго повторил:
     - Не лазил ты, а другим малым лазить отсоветуй - добра  от  этого  не
будет, понял?
     Теперь Мишка наконец кивнул. Оба постояли молча. Мишка решил, что уже
можно идти, но не удержался - спросил, уже толкаясь палками:
     - Федор  Степаныч,  а  ведь  для  вас  все  это  не  имеет  значения,
правильно? - и, не дожидаясь ответа, помчался к дому. Уже издали, на ходу,

Следующая

21 >

Завораживающие, увлекательные, порой извращенно жестоки, нередко производящие тягостное впечатление романы австрийского писателя Франца Кафки представлены в электронной библиотеке. Некоторые произведения на немецком. Каждая из книг Карлоса Кастанеды - это блистательный прорыв, это вспышка света, освещающая внезапно мир. Мир мечты и сновидения.