Александр Кабаков. Нам не прожить зимы -
5 >
хит, но без всякого ритмического подстегивания, классически. Сергей подошел
поближе и вступил, она к концу подпела, и ребята тихонько, а из соседнего
номера сначала стучали, но потом перестали, поняв, видимо, что больше
никогда не услышать бесплатно Сергея Кольцова с таким аккомпанементом.
Она пела, как всякий профессиональный музыкант, точно, но
невыразительно, и именно в сочетании с задыхающимся хрипом Сергея в этом был
какой-то дополнительный кайф, который все почувствовали. "...Покрыт
имперский град чухонскими снегами. Застывшие дымы, умолкшие дома, Огни в
окне горят нестертыми слезами, Нам не прожить зимы, нам не сойти с ума..."
Лиля взяла аккорд, как бы собираясь на большой проигрыш, - и бросила,
закурила. И Валерка шепнул Сергею: "Похоже, готова. Вот такой-то бюст на
родине героя, a?"
А Сергей вдруг скис, протрезвел, испугался, понял, что его уже несет,
что уже начинается это не раз испытанное, трижды проклятое и им самим, и,
конечно, Иркой то самое его состояние - впадание в любовь, лихорадка,
оживление, жизнь, за которым так же неминуемо, как головная боль за коньяком
следует ужас, скандал и муки. Уже было все это, когда Ирка ждала Сашку,
ходила вся в пятнах, с обтянувшимися скулами, как бурятка, а Людке было три
года, она болела отитом, жутко мучилась, ее было невыносимо жалко. И
все-таки он чуть не ушел, собственно, уже ушел, уже почти обжил тy квартиру
с лакированным паркетом и вещами на строго закрепленных местах. Что там с
ним было бы - страшно подумать... Господь уберег и Ирка вытащила, можно
сказать, с того света. Сейчас бы закатывал огурцы на зиму, машину бы
вылизывал и искал бы кабак повыгодней и поближе к дому - сесть штуки за
полторы в месяц и ловить кайф...