Философская книга.

73 >

выскакивало  из  грудной клетки. Я схватил того, который был справа. То,
что я почувствовал,  напоминало  электрический  разряд,  который едва не
заставил меня отпустить темную фигуру.

     Тут  до  меня  донесся голос дона Хуана, словно он кричал откуда-то
издалека:

     - Если ты бросишь его, тебе конец!

     Я  продолжал  держать фигуру. Она изгибалась и тряслась, но не так,
как  массивное   животное,  а  как  нечто   пушистое,  легкое  и  словно
наэлектризованное. Мы возились на песчаном дне лощины и катались по нему
довольно долго. Один за другим меня  пронизывали  тошнотворные  импульсы
электрического тока. Я подумал, что  это  воспринимается  столь  мерзким
из-за того, что  отличается  от  той  энергии, с которой мне приходилось
иметь  дело  в  мире  повседневности.  Когда  "это"  било  меня током, я
дергался, орал и рычал, как зверь. Не от боли, а  от  какой-то  странной
злости.

      Наконец,  оно  замерло  подо  мной  -  неподвижное, почти твердое.
Инертное. Я спросил у дона Хуана, не умерло ли оно, но голоса своего не
услышал.

     - Ни в коем случае, - со  смехом  сказал кто-то; этот кто-то не был
доном Хуаном. - Просто ты исчерпал заряд его энергии. Но не вставай еще.
Полежи немного. Я вопросительно взглянул на дона Хуана. Он изучал меня с
огромным любопытством. Потом помог мне подняться. Темная фигура осталась
лежать на земле. Я  хотел  спросить  дона Хуана, все ли с этой фигурой в
порядке. И снова не  сумел  выговорить  ни слова. И тут я совершил нечто
необычайное. Я согласился с тем, что все это - реально. До этого момента
в  уме   оставалось   что-то,  оберегавшее   мой   рационализм,   считая
происходящее сном, навеянным манипуляциями дона Хуана.

     Я подошел к  распростертой  на земле фигуре и попытался ее поднять.
Это мне не удалось - ее  невозможно  было  обхватить,  поскольку  она не

Следующая

73 >