Флоринда Доннер. Шабоно -
91 >
Перед глазами у меня все поплыло, когда я встала на ноги. Я медленно
прошла через пустые хижины, пока не добралась до хижины Этевы. Там я
растянулась в своем хлопковом гамаке, и надо мной сомкнулась жуткая тишина,
словно я погрузилась в легкое забытье.
Меня разбудили рассерженные крики. Кто-то говорил: -- Этева, ты спал с
моей женщиной без моего разрешения! -- Голос прозвучал так близко, словно
над самым моим ухом. Перед хижиной собралась группа мужчин и хихикающих
женщин. Этева, неподвижно стоя в толпе с лицом, похожим на непроницаемую
маску, не отвергал обвинения. Внезапно он крикнул: -- Ты и твоя семья все
три дня жрали, как голодные собаки! -- Это было заведомо несправедливое
обвинение; гостям давалось все, что они просили, ибо во время праздника
огороды и охотничьи угодья хозяев были в распоряжении гостей. Подобное
оскорбление означало, что данный человек злоупотреблял своим
привилегированным положением. -- Ритими, подай-ка мою набруши! --
крикнул
Этева, грозно сдвинув брови на стоящего перед ним разъяренного молодого
мужчину.
Ритими с рыданиями кинулась в хижину, выбрала подходящую дубинку и, не
глядя на мужа, вручила ему четырехфутовую палицу. -- Не могу я на это
смотреть, -- сказала она, плюхаясь в мой гамак. Я обняла ее, стараясь
утешить. Не будь она такой расстроенной, я бы рассмеялась. Ни в малейшей
степени не встревоженная неверностью Этевы, Ритими боялась, что вечер может
закончиться серьезной потасовкой. Глядя на то, как орали друг на друга двое
разгневанных мужчин, и на возбужденную реакцию толпы, я тоже невольно
прониклась тревогой.
-- Ударь меня по голове, -- потребовал взбешенный пришелец. -- Ударь,
если ты мужчина. Увидим, посмеемся ли мы вместе. Увидим, пройдет ли ярость.