Флоринда Доннер. Шабоно -
74 >
короб. Оглядев меня, он расхохотался. Его крупные белые зубы и прищуренные
глаза, казалось, насмехались над моим смущением. -- Не так уж много у нее
волос на лобке.
Я с облегчением повязала вокруг бедер красный хлопковый пояс, который
дала мне Ритими, и рассмеялась вместе с ним. Убедившись, что широкий
плоский
пояс повязан так, что его бахрома полностью скрывает неуместную
растительность, я сказала Ритими: -- Вот видишь, ничего не видно.
Ритими оставила это без внимания и, равнодушно пожав плечами,
продолжала обследовать собственный лобок в поисках хотя бы одного волоска.
Загорелое лицо и тело Этевы украшали круги и завитушки. Поверх
лобкового шнурка он повязал толстый круглый пояс из красной хлопковой пряжи,
на предплечьях -- узкие полоски обезьяньего меха, к которым Ритими
прикрепила загодя отобранные Этевой из короба белые и черные перья.
Запустив пальцы в липкую смолистую пасту, приготовленную сегодня утром
женами Арасуве, Ритими вытерла их о волосы Этевы. Тутеми сразу же взяла из
другого короба целый пучок белых пушистых перьев и прилепила их к его
голове, так что он словно оказался в белой меховой шапке.
-- Когда начнется праздник? -- спросила я, глядя, как несколько мужчин
оттаскивают прочь с уже расчищенной от растительности поляны огромные кучи
банановой кожуры.
-- Когда будет готов банановый суп и все мясо, -- ответил Этева,
расхаживая по хижине, чтобы мы вдоволь им налюбовались. Его губы кривились в
улыбке, а насмешливые глаза все еще были прищурены. Он взглянул на меня и
вынул изо рта табачную жвачку. Положив ее на обломок калабаша, он мощной
высокой дугой сплюнул поверх своего гамака. С уверенным видом человека,
чрезвычайно довольного своей внешностью, он еще раз повернулся перед нами и