Философская книга.

54 >

стали все дальше и дальше уходить в лес.
     Я не  вижу больше причины продолжать этот переход, подавленно думала я.
Без этой  старой женщины  что мне  делать среди ее  народа? Она была главной
причиной моего пребывания здесь.
     -- Что мне  теперь  делать? Ты  отведешь  меня  обратно  в  миссию?  --
спросила  я  и,  увидев недоумение  на лице  Милагроса,  добавила:  --  Ведь
принести ее пепел -- это не одно и то же.
     -- Это  одно и то же, --  произнес он вполголоса. -- Для  нее  это было
важнее всего, -- прибавил он, цепляя один из калабашей с пеплом мне на пояс.
     Мое тело на мгновение застыло, потом расслабилось, когда я заглянула  в
глаза  Милагроса. Его  почерневшее  лицо  было  полно благоговения и печали.
Мокрыми от слез  щеками он прижался к  моим щекам и подчернил их угольями. Я
робко  тронула  калабаш, висевший у меня  на поясе; он был  легок,  как смех
старой женщины.

Глава 5

     Два  дня мы, все  убыстряя ход, без  отдыха взбирались и спускались  по
склонам  холмов. Я настороженно следила за безмолвной фигурой Милагроса,  то
появляющейся, то исчезающей в лесном сумраке. Торопливость его движений лишь
усиливала  мою неуверенность; временами мне хотелось заорать  на него, чтобы
он отвел меня обратно в миссию.
     День над лесом помрачнел, а тучи из белых стали сначала серыми, затем и
вовсе почернели. Тяжко и  давяще  они  нависли над кронами  деревьев. Тишину
взорвал  оглушительный  раскат  грома;  вода  потоками хлынула  на землю,  с
беспощадной яростью ломая ветки, срывая листву.
     Дав  мне  знак  укрыться  под  гигантскими  листьями, которые он  успел
нарезать, Милагрос присел на землю. Я же вместо того, чтобы подсесть к нему,
сняла рюкзак,  сняла  висевший у меня на поясе сосуд с истолченными  костями
Анхелики и стащила с себя майку. Теплая  вода благодатными струями забила по

Следующая

54 >