Флоринда Доннер. Шабоно -
41 >
среди всего этого, -- сказала она негромко, поведя вокруг рукой. -- В гуще
сплетенных лиан, вместе с обезьянами, змеями, пауками и ягуарами.
-- Ночью дождя не будет, -- уверенно заявил Милагрос, втянув в себя
воздух, когда мы остановились у какихто валунов на берегу мелкой речушки. По
ее спокойным прозрачным водам здесь и там плыли розовые цветы с деревьев,
стоявших на другом берегу, словно часовые. Я сняла обувь, стала болтать
стертыми в кровь ногами в благодатной прохладе и смотреть, как небо, вначале
золотисто-алое, становилась постепенно оранжевым, потом багряным и, наконец,
темно-фиолетовым. Вечерняя сырость принесла с собой запахи леса, запах
земли, жизни и тления.
Еще до того, как темнота вокруг нас сгустилась окончательно, Милагрос
сделал два лубяных гамака, обоими концами привязав их к веревкам из лиан. Не
скрывая удовольствия, я смотрела, как он подвешивает мой веревочный гамак
между этими очень неудобными на вид лубяными люльками.
Предвкушая интересное зрелище, я присматривалась к действиям Милагроса.
Он снял со спины колчан и палочку для добывания огня. Велико же было мое
разочарование, когда сняв кусок обезьяньей шкурки, прикрывавшей колчан, он
достал из него коробок спичек и поджег собранный Анхеликой хворост.
-- Кошачья еда, -- проворчала я, принимая из рук Милагроса жестянку
сардин. Мой первый ужин в джунглях, как я себе представляла, должен был
состоять из мяса только что добытого на охоте тапира или броненосца, отлично
пропеченного над жарким потрескивающим костром. А эти тлеющие веточки лишь
подняли в воздух тонкую струйку дыма, слабый огонек едва освещал наше
ближайшее окружение.
Скупой свет костра заострил черты Милагроса и Анхелики, заполнив
впадины тенями, высветив виски, выдающиеся надбровные дуги, короткие носы и