Флоринда Доннер. Шабоно -

100 >

Сговариваясь  накануне  вечером,  парочки  на рассвете  скрывались  в густых
зарослях. Спустя несколько часов  они как ни в чем не бывало возвращались по
разным тропинкам, зачастую неся орехи, плоды, мед, а иногда даже топливо для
очагов. Некоторые мужья,  узнав о проделках жен, реагировали довольно бурно,
даже колотили их, как это на  моих глазах сделал Ирамамове.  Другие, отлупив
жен,  требовали еще и дуэли с виновником, что временами  приводило к крупной
драке, в которую ввязывались и другие.
     Мои раздумья были  прерваны словами Ритими: --  Ты почему  смеешься? --
Потому что ты права, -- ответила я. -- Иногда я действительно бываю дурехой.
-- До меня внезапно дошло, что Ритими знает о похождениях  Этевы. Даже может
быть, всем  и  каждому в  шабоно известно, что  происходит. И 
разумеется, в
первый раз Этева угостил меня медом  по чистому совпадению. И только  я одна
отнеслась к этому с подозрением, считая себя соучастницей.
     Ритими обняла меня за шею,  влепила в щеку смачный поцелуй  и заверила,
что никакая я не дуреха, а  просто очень многого не знаю. Она пояснила,  что
до тех пор, пока  знает,  с кем  у Этевы связь, ее не особенно тревожат  его
любовные  похождения. Само  собой,  радости  это ей  не  доставляло,  но она
считала, что  пока это  кто-нибудь из их шабоно, она  в определенной
степени
владеет ситуацией.
     Выводила ее из себя вероятность того, что Этева может взять себе третью
жену из другой деревни.
     -- А  как  ты собираешься околдовать эту женщину? -- спросила я.  -- Ты
сама  приготовишь   снадобье?  Поднимаясь  на   ноги,   Ритими  самодовольно
улыбнулась. -- Если  я тебе сейчас  расскажу, колдовство не  подействует. --
Она помолчала, в  глазах  ее светилось лукавство. -- Я  расскажу тебе, когда
уже  околдую  эту бабу.  Вдруг  тебе  тоже когда-нибудь  понадобится кого-то

Следующая

100 >

Завораживающие, увлекательные, порой извращенно жестоки, нередко производящие тягостное впечатление романы австрийского писателя Франца Кафки представлены в электронной библиотеке. Некоторые произведения на немецком. Каждая из книг Карлоса Кастанеды - это блистательный прорыв, это вспышка света, освещающая внезапно мир. Мир мечты и сновидения.