Карлос Кастанеда. Путешествие в Икстлен -
40 >
Он рассмеялся, как ребенок, и отвел свои глаза от меня.
- Да, - сказал он мне мягко. - птицу, очень
необыкновенную птицу!
Он опять поймал меня взглядом и скомандовал мне
вспоминать. Он сказал мне с необыкновенным убеждением, что
он "знает", что я уже видел такой взгляд раньше.
В этот момент у меня было такое чувство, что старик
провоцирует меня вопреки всем моим честным желаниям каждый
раз, как только он открывал рот. Я опять взглянул на него с
явным сопротивлением. Вместо того, чтобы рассердиться, он
начал смеяться. Он хлопал себя по ляжкам и завывал, как если
бы он объезжал дикую лошадь. Затем он опять стал серьезен и
сказал мне, что чрезвычайно важно, чтобы я перестал с ним
бороться и вспомнил ту необыкновенную птицу, о которой он
мне говорит.
- Посмотри мне в глаза.
Его глаза были необыкновенно яростными. Они вызывали
такое чувство, которое действительно напомнило мне о чем-то,
но я не был уверен, о чем именно. Я секунду задержался на
этом чувстве и затем внезапно понял. Это была не форма его
глаз и не форма его головы, но именно какая-то холодная
ярость в его взгляде - вот что напомнило мне взгляд глаз
сокола. В тот самый момент, когда я это понял, он смотрел на
меня вскользь, и на секунду у меня был полный хаос в мыслях.
Я подумал, что я вижу очертания сокола вместо очертаний дона
Хуана. Картина была слишком мимолетной, и я был слишком
взволнованный, чтобы обратить на нее больше внимания.
Очень взволнованным тоном я рассказал ему, что я мог бы
поклясться, что видел очертания сокола в его лице. У него
был еще один приступ смеха.
Я видел такой взгляд в глазах соколов. Я часто охотился
за ними, когда был мальчиком, и, по мнению дедушки, я был
хорошим охотником. У него была ферма лекгорнских кур, и