Франц Кафка. Процесс -
13 >
эти господа на меня напали, а теперь расселись, стоят и глазеют
всем скопом, как я пляшу под вашу дудку. И еще спрашиваете,
какой смысл звонить прокурору, когда мне сказано, что я
арестован! Хорошо, я не буду звонить!
- Отчего же? - сказал инспектор н повел рукой в сторону
передней, где висел телефон. - Звоните, пожалуйста!
- Нет, теперь я сам не хочу, - сказал К. и подошел к окну.
Вся компания еще стояла у окна напротив, но то, что К.
подошел к окну, нарушило их спокойное созерцание. Старики
хотели было встать, но мужчина, стоявший сзади, успокоил их.
- А эти там тоже глазеют! - громко крикнул К. инспектору и
ткнул пальцем в окно. - Убирайтесь оттуда! - закричал он в
окошко.
Те трое сразу отступили вглубь, старики даже спрятались за
соседа, прикрывшего их своим большим телом, и по его губам было
видно, как он им что-то говорил, но издали трудно было
разобрать слова. Однако они не ушли совсем, а словно выжидали
минуту, когда можно будет незаметно опять подойти к окну.
- Какая назойливость, какая бесцеремонность - сказал К.,
отходя от окна.
Инспектор как будто с ним согласился, по крайней мере так
показалось К., когда он искоса на него взглянул. Впрочем,
возможно, что тот и не слушал, потому что он плотно прижал
ладонь к столику и как будто сравнивал длину своих пальцев. Оба
стража сидели на сундуке, прикрытом для красоты ковриком, и
потирали коленки. Трое молодых людей, уперев руки в бока,
бесцельно смотрели по сторонам. Было тихо, словно в
какой-нибудь опустевшей конторе.
- Ну-с, господа! - воскликнул К., и ему показалось, что он
отвечает за них за всех. - По вашему виду можно заключить, что
мое дело исчерпано. Я склонен считать, что лучше всего не