Франц Кафка. Процесс -
11 >
только хотел сказать... - Тут он осекся и стал искать, куда бы
ему сесть. - Мне можно сесть? - спросил он.
- Это не полагается, - ответил инспектор.
- Я только хотел сказать, - продолжал К. без задержки, -
что я, конечно, очень удивлен, но когда проживешь тридцать лет
на свете, да еще если пришлось самому пробиваться в жизни, как
приходилось мне, то поневоле привыкаешь ко всяким
неожиданностям и не принимаешь их слишком близко к сердцу.
Особенно такие, как сегодня.
- Почему особенно такие, как сегодня?
- Нет, я не говорю, что все считаю шуткой, по-моему, для
шутки это слишком далеко зашло. Очевидно, в этом принимали
участие все обитатели пансиона, да и все вы, а это уже
переходит границы шутки. Так что не думаю, чтоб это была просто
шутка.
- И правильно, - сказал инспектор и посмотрел, сколько
спичек осталось в коробке.
- Но, с другой стороны, - продолжал К., обращаясь ко всем
присутствующим - ему хотелось привлечь внимание и тех троих,
рассматривавших фотографии, - с другой стороны, особого
значения все это иметь не может. Вывожу я это из того, что меня
в чем-то обвиняют, но ни малейшей вины я за собой не чувствую.
Но и это не имеет значения, главный вопрос - кто меня обвиняет?
Какое ведомство ведет дело? Вы чиновники? Но на вас нет формы,
если только ваш костюм, - тут он обратился к Францу, - не
считать формой, но ведь это, скорее, дорожное платье. Вот в
этом вопросе я требую ясности, и я уверен, что после выяснения
мы все расстанемся друзьями.
Тут инспектор со стуком положил спичечный коробок на стол.
- Вы глубоко заблуждаетесь, - сказал он. - И эти господа,
и я сам - все мы никакого касательства к вашему делу не имеем.
Больше того, мы о нем почти ничего не знаем. Мы могли бы носить